2

2. ВЗАИМНЫЙ КОНТРОЛЬ — ВЗАИМНАЯ ЗАВИСИМОСТЬ

Теория взаимных сделок. Взаимными (или взаимовыгодными) являются, по наиболее простому определению, сделки, в которых компания А выступает по отношению к компании В одновременно и как продавец, и как покупатель. При этом одно является условием другого. Ниже мы покажем, что в Японии взаимные сделки занимают огромное место среди межфирменных деловых операций. В этом заключается японская специфика.

203

Принято считать, что в США взаимные сделки (Reciprocity or Reciprocal Business) носили организованный характер в 20-х годах. В 60-х годах, по мере того как все более широкое распространение получали конгломератные слияния, возник вопрос: не являются ли такие сделки нарушением антитрестовского законодательства? Известны несколько случаев, когда в отношении слияний, которые могли повлечь за собой взаимные сделки, была применена ст. 7 закона Клейтона. Что же касается Японии, то здесь взаимные сделки до сих пор рассматривались как нормальная деловая практика. Несмотря на то, что имелись все основания отнести их к сделкам несправедливым, вопрос так никогда не ставился.

С точки зрения структуры рынка общим первым условием, необходимым для совершения взаимных сделок, является олигополия на отраслевом рынке как покупателя, так и продавца. Дело в том, что при неограниченной конкуренции партнера по сделкам определяют такие условия, как цены, качество товаров, услуги и т.д. Какие-либо стимулы к осуществлению взаимных сделок напрочь отсутствуют. Если же на рынке установилась монополия, то взаимные сделки бессмысленны. Они имеют смысл только при олигополистической структуре рынка. Во-вторых, необходимо, чтобы продавец и покупатель были диверсифицированными фирмами. Ведь если обе фирмы производят только по одному виду продукции, то между ними не сложатся отношения, при которых каждая из них выступает по отношению к другой одновременно и продавцом и покупателем. Итак, взаимные сделки осуществляют диверсифицированные компании при условии олигополии на рынке. Какое влияние эти сделки оказывают на рыночную структуру? Посмотрим, что говорит в данной связи У. Мюллер[1].

Во-первых, они уменьшают подвижность цен и вызывают диспропорции в распределении ресурсов. При эффективной конкуренции условиями сделок являются цены, качество товаров, услуги. Во взаимных же сделках условием выступает нечто иное (т.е. товар реализуется при условии, что его покупает фирма-партнер), и механизм конкуренции оказывается подорванным. Кроме того, в отличие от таких средств неценовой конкуренции, как реклама, стимулирование продаж и т.д., взаимные сделки не приводят к росту совокупного объема реализованной продукции в соответствующих отраслях. Они увеличивают только объемы продаж тех фирм, ко-

204

торые их совершают, уменьшая на соответствующую величину продажи других предприятий тех же отраслей.

Во-вторых, взаимные сделки мешают проникновению в отрасли новых производителей. Возьмем экстремальный вариант. Пусть все производители одной отрасли совершают взаимные сделки с производителями других отраслей. Тогда свободное проникновение новых компаний в эту отрасль невозможно. Если какая-либо фирма решит предпринять попытку проникновения, ей надо будет искать для себя партнера по взаимным сделкам. В результате сеть взаимных сделок станет еще шире. Так взаимные сделки воздвигают дополнительный барьер на пути проникновения в отрасль, не связанный с «экономией на масштабе».

В-третьих, фирмы, совершающие взаимные сделки, обеспечивают расширение спроса на свою продукцию, но за счет сокращения доли на рынке фирм-конкурентов. В итоге усиливается концентрация производства в компаниях—участницах взаимных сделок.

В-четвертых, кумулятивный эффект всего того, что было перечислено выше, влечет за собой структурные сдвиги в экономике. Растет число товаров, с которыми совершаются взаимные сделки, и это способствует усилению диверсификации компании. Развитие по пути конгломератов выступает первопричиной установления на рынке господства немногих и одновременно его следствием. В экономике в целом все больше и больше закрепляется олигополистическая структура.

В США предпринимались попытки ограничивать взаимные сделки на основании антитрестовского законодательства, поскольку они изменяют рыночную структуру в направлении, противоположном конкуренции. В Японии так вопрос не стоит. Мицуки Акабори, например, поднимает такую проблему: «Признано ли в Японии, что взаимные сделки совершаются в нарушение антимонополистического законодательства? Традиция обхаживать привилегированного контрагента здесь сильнее, чем в США, и именно в японских условиях законность взаимных сделок будет отстаиваться наиболее активно»[2].

По поводу такого предсказания Т. Нэгиси замечает: «В случаях, когда из-за имеющих обязательный характер взаимовыгодных сделок (взаимных сделок. — X. О.) значительная часть рынка оказывается закрытой для проникновения, контроль над контрагентом или же устранение фирм-конкурентов подпадают под регламента-

205

ции, предусмотренные в первом абзаце ст. 3 антимонополистического законодательства (о частной монополии) как фактическое ограничение конкуренции. Когда взаимовыгодные сделки фактически ограничивают конкуренцию, должны быть применены регламентации, предусмотренные в последнем абзаце той же статьи, ограничивающие несправедливые сделки по взаимному принуждению»[3].

Таким образом, с точки зрения антимонополистического законодательства незаконность взаимных сделок! очевидна. Указали на нее, однако, лишь немногие ученые. В целом же почти никогда подобная постановка вопроса не находила понимания. Причина заключается в том, что, хотя в Японии взаимных сделок и много, они слишком глубоко вошли в повседневную практику, поэтому в них не видят проблемы.

Взаимные сделки в Японии. Как мы уже отмечали, взаимные сделки невозможны, если оба производителя производят один вид продукции. Только тогда, когда и та, и другая сторона идут по пути диверсификации, каждая из них может выступать по отношению к контрагенту одновременно и продавцом и покупателем. В действительности взаимные сделки между производителями совершаются нечасто. По этой причине и в США ни экономисты, ни юристы не видят в них большой реальной проблемы и в Японии ученые не проявляют к ним фактически никакого интереса.

Однако, как только в дело вступают торговые фирмы, ситуация меняется. Если компания А продает свою продукцию компании В и на том все кончается, то сделка I остается односторонней. Взаимной сделки здесь нет. Но когда между двумя компаниями появляется посредник — торговая фирма, она покупает товар у компании А и продает компании В, становясь, кроме того, для компании А продавцом, а для компании В — покупателем других товаров. В итоге на двух уровнях — между торговой фирмой и компанией А и торговой фирмой и компанией В — начинают осуществляться взаимные сделки. Торговая фирма, осуществляя операции со многими видами товаров, устанавливает с каждой корпорацией такие отношения, при которых она выступает по отношению к этой корпорации и как покупатель, и как продавец.

Важной особенностью Японии является посредничество торговых фирм в большей части межфирменных

206

сделок, и как раз это ведет к широкому распространению последних. Например, отношения между «Синниттэцу» и «Мицубиси дзюко» ограничиваются тем, что первая поставляет для второй продукцию сталелитейной промышленности. Поскольку «Синниттэцу» не покупает у «Мицубиси дзюко» ничего, сделки носят исключительно односторонний характер. Однако, когда между ними появляется «Мицубиси сёдзи», складывается следующая ситуация. «Синниттэцу» продает «Мицубиси сёдзи» продукцию сталелитейной промышленности и одновременно покупает у нее железную руду и каменный уголь. «Мицубиси дзюко» покупает у «Мицубиси сёдзи» сталелитейную продукцию и одновременно продает ей суда, машины и оборудование. Образуется система взаимных сделок на двух уровнях. Большая часть сделок, совершаемых торговыми фирмами, — взаимные, и это служит для них важным средством укрепления своих позиций. Например, один из менеджеров группы «Мицубиси» говорит по этому поводу следующее: «Не знаю, известно ли вам, что, когда сталелитейные компании решают кому продавать свою продукцию, они учитывают, у кого покупается сырье. Если универсальная торговая фирма занимает сильные позиции в торговле сырьем, то соответственно увеличивается и объем продаваемой ей сталелитейной продукции»[4].

Когда совершаются рыночные сделки, были бы только хороши условия — и купить можно у кого угодно. Здесь же все обстоит по-иному. Как ни стремись продать сталелитейную продукцию, ее не смогут закупить, если невелики масштабы операций с сырьем для сталелитейной промышленности. Так вырастает барьер на пути проникновения в отрасль новых компаний, а деловые взаимосвязи между фирмами приобретают жесткий характер. В США сталелитейные компании продают свою продукцию машиностроительным напрямую. В Японии прямые продажи фактически не практикуются: всегда посредниками выступают универсальные торговые фирмы. Взаимные сделки здесь поэтому приняли несравненно более широкие масштабы, чем в США.

Взаимные сделки совершаются, кроме того, между компаниями и банками. Поскольку банки — это тоже компании, и такие сделки можно называть межфирменными. В Японии компании получают большую часть банковских кредитов. Значительная доля вкладов также приходится на юридических лиц. Вдобавок если в опе-

207

рациях по обмену иностранной валюты контрагентами выступают компании, то и обмен валюты становится, можно сказать, межфирменной сделкой. Во всех перечисленных случаях сделки являются взаимными.

Кредитуя компанию, банк в ответ предлагает ей делать вклады — самое что ни на есть обычное явление.. Когда займы и вклады переплетаются теснее, возникает вопрос: не являются ли вклады по принуждению нарушением антимонополистического законодательства? Ощущают получатели кредитов принуждение или" нет— это другое дело. Важно, что кредиты и вклады тесно переплетаются между собой. Это общеизвестный факт. В результате совершения взаимных сделок «вклад-кредит» связи между банками и компаниями приобретают жесткий характер и создаются преграды на пути возникновения новых фирм.

Как мы уже отмечали, в последнее время крупные японские банки приняли на вооружение стратегию RM. Все виды операций (по вкладам, кредитам, обмену иностранной валюты и т.д.), которые ранее вел соответствующий отдел банка, стали осуществляться для корпораций-контрагентов в комплексе. Теперь все операции для любой фирмы ведет один отдел банка. Иными словами, все операции (по вкладам, кредитам, обмену иностранной валюты, а также по продаже облигаций госзаймов, ставшей возможной благодаря пересмотру банковского законодательства) увязываются друг с другом, и предпринимается попытка создать целостную систему взаимных сделок.

Таким образом, в сфере деловых операций как с товарами, так и с деньгами взаимные сделки между крупными компаниями, а также между крупными банками и компаниями принимают все более организованный характер и широкий масштаб. Отношения взаимозависимости между фирмами проявляются прежде всего в сфере деловых операций. Как пример организованных взаимных сделок мы рассмотрим деловые операции внутри сюданов.

Сделки внутри сюданов. В 1983 г. Комиссия по справедливым и честным сделкам обнародовала два доклада: «Итоги обследования предпринимательской деятельности универсальных торговых фирм» и «Положение предпринимательских объединений». В этих докладах было впервые освещено положение дел в области сделок внутри сюданов, которые раньше ни разу не

208

были объектом обследований. Правда, в результате удалось узнать не более чем самые элементарные удельные веса, что для практического обследования совершенно недостаточно. Тем не менее как первая попытка уяснить ситуацию в данной области доклады заслуживают внимания.

Прежде всего, согласно результатам обследования в шести крупнейших предпринимательских объединениях, на внутренние сделки, производимые в рамках сюданов, приходится, не считая сферы кредита, 10,8% продаж и 11,8% закупок фирм, являющихся их членами. По обрабатывающей промышленности соответствующие показатели составляют 20,4 и 12,4%. Результаты же обследования предпринимательской деятельности универсальных торговых фирм свидетельствуют о том, что в совокупном товарообороте шести крупнейших из них на сделки внутри сюданов приходится 11,5% закупок и 7,2% продаж. В свою очередь в продажах и закупках компаний—членов сюданов сделки с «большой шестеркой» торговых фирм составляют соответственно 11,0 и 5,8%.

В целом в докладах комиссии подчеркивается, что удельный вес сделок внутри сюданов невысок. Однако такая оценка вызывает сомнения. Прежде всего, приводя цифры, характеризующие объемы таких сделок, необходимо дать и общую характеристику сделок с компаниями, находящимися вне сюданов, т.е. показать, что представляют собой прочие контрагенты. Иначе обследование теряет смысл. Приведя одни только удельные веса сделок внутри сюданов, нельзя делать вывод о том, высоки они или низки. К тому же к членам сюданов в обследованиях отнесены лишь компании — участницы совещаний президентов. Их дочерние компании и фирмы, не являющиеся участницами этих совещаний, не учтены. Например, значительная часть продукции сталелительной компании «Сумитомо киндзоку» сбывается ее партнерской фирме «Сумикин буссан», но эти продажи в данном случае не включаются в объем сделок внутри сюданов. Неучтенными остаются также операции купли-продажи с другими ее дочерними фирмами.

Если мы отбросим все подобные ограничения, то окажется, что только по компаниям обрабатывающей промышленности, входящим в сюданы, доля сделок внутри сюданов в объеме их продаж составляет в среднем по шести крупнейшим предпринимательским объединениям

209

20,4%, в том числе по трем объединениям, созданным на базе старых дзайбацу, — 29,0%. Цифры свидетельствуют о том, что рассматриваемые удельные веса вовсе не малы. В каждом сюдане насчитывается примерно 20–30 членов. На продажи этим фирмам приходится 20–30% всего объема продаж. Тут уж все зависит от того, с какой стороны посмотреть: такой удельный вес можно назвать и очень высоким.

Мы уже отмечали, что большинство межфирменных сделок совершается при посредничестве универсальных торговых фирм. Этот факт подтвердили и обследования. Согласно обследованию предпринимательских объединений, удельный вес сделок внутри сюданов в объеме продаж компаний обрабатывающей промышленности, входящих в сюданы, составляет 20,4%. Результаты же обследования предпринимательской деятельности торговых фирм говорят о том, что в объеме продаж тех же компаний продажи универсальным торговым фирмам — членам сюданов равны 15,8%. Отсюда ясно, что большая часть продаж внутри сюданов приходится на поставки входящим в эти объединения торговым фирмам. Основная часть операций купли-продажи внутри сюданов, посредниками в которых выступают универсальные торговые фирмы, совершается, естественно, в форме взаимных сделок. К сожалению, однако, комиссия, осуществившая столь обстоятельное специальное исследование, не сделала абсолютно ничего, чтобы прояснить данное обстоятельство. Чем высчитывать, сколько процентов приходится на сделки внутри сюданов, полезнее было бы конкретно показать, что подавляющее большинство таких сделок совершается с участием универсальных торговых фирм и что сделки имеют взаимный характер. При этом надо было бы показать картину всех деловых операций в целом.

Взаимная собственность на акции. За взаимными сделками стоят отношения взаимной собственности на акции. Они придают деловым взаимосвязям жесткий характер. Наиболее простая форма взаимной собственности на акции имеет место тогда, когда корпорации А и В владеют акциями друг друга. Существует и другая форма взаимной собственности: А владеет акциями В, В — акциями С, а С — акциями А. Можно сказать, что в данном случае связи, основанные на одностороннем владении, вытягиваются в цепочку и получается взаимное владение. Сейчас субъектами нашего

210

анализа были отдельные фирмы. Если расширить угол зрения, то перед нами прежде всего предстанет взаимная собственность на акции в рамках предпринимательских объединений, которая имеет форму матрицы или круга. Каждая фирма владеет акциями партнеров по сюдану, а партнеры одновременно владеют ее акциями. Кроме того, крупные акционеры каждой фирмы владеют еще и акциями друг друга. В противоположность этому, хотя независимая фирма[5] и связана со своими акционерами отношениями взаимной собственности, между самими акционерами таких отношений не существует. Форма взаимной собственности здесь радиальна.

В действительности в сюдане фирмы А и В связывает и обычная взаимная собственность на акции. Однако удельные веса их пакетов в акционерном капитале друг друга, как правило, низки. Если бы все сводилось только к этому, взаимная собственность не имела бы особого смысла. Когда она существует в виде А — В — С, удельный вес акций каждой из фирм в акционерном капитале партнеров также невысок. Если же, как в сюданах, взаимная собственность принимает форму матрицы или круга, то удельный вес акций всех партнеров по сюдану, вместе взятых, достигает нескольких десятков процентов — доля, вполне позволяющая осуществлять контроль.

Совещание президентов фактически становится совещанием крупнейших акционеров. Его решения имеют достаточно обязательную силу. Более того, бывает, что на таких совещаниях президенту фирмы предписывают покинуть свой пост. Нельзя, однако, забывать, что компания, которую таким образом контролируют все вместе партнеры по сюдану, по отношению к каждому другому члену сюдана одновременно выступает одним из тех, кто осуществляет контроль над ним. В этом смысле на почве взаимной собственности на акции рождается взаимный контроль. Он существует не в рамках двусторонних отношений компаний. Каждый из членов сюдана является одним из тех, кто контролирует всех остальных. Осуществляет контроль сюдан в целом. Одновременно каждая компания находится под контролем опять же сюдана в целом. Когда устанавливается такой контроль, обычной практикой является взаимное доверие. В противном слу-

211

чае база для существования сюдана как единого целого окажется подорванной. Ведь если каждый перестанет доверять своему партнеру, то на совещаниях президентов все это недоверие друг к другу начнут высказывать, и тогда сюдан не устоит. Поэтому, когда дела идут нормально, партнеры доверяют друг другу. Если же положение какой-то компании ухудшается или если там происходит что-то скандальное, то сюдан реализует свое право контроля. И тогда бывает, что, как в истории с «Мицукоси», президент фирмы вынужден оставить свой пост.

Независимая фирма связана со своими партнерами радиальной взаимной собственностью на акции. Ее крупные акционеры не выступают единым фронтом, как в сюдане. Однако когда дела у такой фирмы ухудшаются, ее крупные акционеры, хотя они не образуют группы с едиными интересами, все равно предпринимают согласованные действия. Независимые крупные фирмы и сюданы также связаны отношениями взаимной собственности на акции. Это способствует расширению сферы отношений «взаимный контроль — взаимная собственность» среди крупных компаний в целом. Будучи одной из тех, кто осуществляет контроль, каждая фирма сама находится под общим контролем всех своих партнеров. Такая структура отличается от простой взаимной зависимости, не говоря уже об одностороннем контроле. Поэтому она может быть охарактеризована только как система «взаимный контроль — взаимная зависимость».

На чем держится система, где «корпорация прежде всего». Чтобы существовала система, где «корпорация прежде всего», необходима гарантия от поглощений. Об этом мы писали во второй главе. Мы отмечали, что дают такую гарантию «меры по обеспечению постоянных акционеров». Когда их принимают, бывает и так, что постоянные акционеры владеют акциями в одностороннем порядке, но в большинстве случаев устанавливается взаимная собственность. Дело в том, что если для материнской и дочерней компаний достаточно и одностороннего владения, то, когда дело касается крупных компаний, связанных друг с другом деловыми отношениями, фирма, купившая акции партнеров, будет сама осуществлять «меры по обеспечению постоянных акционеров», обращаясь к партнерам с просьбой приобрести ее акции. Более организованный характер подобные связи принимают с образованием

212

сюданов, которые способствуют дальнейшему развитию взаимной акционерной собственности.

Таким образом, можно сказать, что предотвращение поглощений посредством установления взаимной собственности на акции есть своего рода система взаимных гарантий безопасности. Благодаря ей корпорации чувствуют себя спокойно и становится возможной реализация принципа «корпорация прежде всего».

Отношения «взаимный контроль — взаимная зависимость» создают ситуацию, когда в рамках объединений каждая фирма осуществляет контроль, но одновременно и сама находится под контролем. Тем не менее как гарантия безопасности от внешнего врага такая система и рациональна и крепка: фирмы охраняют друг друга от внешнего врага и поэтому такие прецеденты, как предательство или выход из системы, не имеют места. Под/ воздействием взаимных сделок деловые взаимосвязи, естественно, становятся более жесткими и долговременными. С другой стороны, происходит усиление олигополии, создаются благоприятные условия для крупных компаний, возникают препятствия для появления новых фирм, закрепляется созданная крупными компаниями система, где «корпорация прежде всего». В этом отношении концепция Мюллера полностью, без всяких поправок применима и к Японии. В то же время взаимная собственность на акции еще больше увеличивает жесткость и продлевает сроки деловых связей, строящихся на взаимных сделках. Отсюда возможность управления фирмами с учетом долгосрочных перспектив.

Длительное время сделки совершаются с одними и теми же партнерами. Поэтому можно спокойно осуществлять рассчитанные на долгий срок инвестиции. Создаются условия и для инвестирования с учетом долговременных планов партнеров. Управление, ориентированное на длительную перспективу, — вот что является важной чертой системы, где «корпорация прежде всего». Оно обеспечивает стабильность положения корпораций.

Кроме того, отношения «взаимный контроль — взаимная зависимость» предусматривают взаимную страховку от риска. Компания, испытывающая временные трудности, получает помощь со стороны фирм — членов сюдана — явление весьма распространенное в Японии. В этом отношении представляет интерес исследование сюданов, проведенное Ивао Накатани. Он сравнил фирмы — члены сюданов и независимые компании по таким показате-

2134

лям, как норма прибыли и темпы роста производства. В результате оказалось, что у фирм—членов сюданов оба показателя ниже, Однако еще один важный момент, обнаруженный И. Накатани, состоит в том, что у членов сюданов и по норме прибыли, и по темпам роста меньше разрывы между фирмами. Иными словами, показатели хозяйственной деятельности компаний — членов сюданов тяготеют к определенной средней величине. Данный факт полностью согласуется с тем, что при ухудшении положения на одной из фирм—членов сюдана вступает в действие целая система прямых и косвенных мер, призванных оказать ей помощь. И. Накатани называет это «системой взаимных гарантий», сложившейся в отношениях между фирмами, или «разделением бремени риска». В этом автор и видит экономические функции предпринимательских объединений[6].

Безусловно, там, где сложились отношения «взаимный контроль — взаимная зависимость», существует и «разделение бремени риска». Это создает условия для формирования все той же системы, где «корпорация прежде всего», ведь необходимой предпосылкой ее существования является взаимопомощь компаний-партнеров в экстремальных ситуациях.

3. ОТ ВЫНОСА ПРОИЗВОДСТВА ЗА ПРЕДЕЛЫ КОМПАНИИ К ОБРАЗОВАНИЮ КЭЙРЭЦУ

Крупные фирмы: вынос производства вовне. Крупные компании обрабатывающей промышленности Японии продажу своих товаров, их транспортировку и прочие виды хозяйственной деятельности перепоручают другим компаниям. В самой обрабатывающей промышленности изготовление деталей или обработка изделий возлагаются на субподрядчиков. Одним словом, суть заключается в том, что каждая отдельная отрасль разбивается на многие подотрасли, в каждой из которых действует специализированный производитель. Данную тенденцию мы уже отметили. Впервые на этот факт указал Р. Кларк. В своей книге «Японская компания» он обратил внимание читателей на высокую степень специализации японских корпораций. Р. Кларк пишет: «Многие фирмы ограничивают сферу своей деятельности отдельными отраслями и, более того, производством единичных видов продукции и не-

214

которыми стадиями процесса обращения»[7]. Далее автор продолжает: «Вторая особенность японских корпораций, связанная с их функциональной специализацией (первая особенность состояла в том, что в Японии фирмы не любят диверсификации. — X. О.), состоит в том, что функции, которые американские и европейские компании считают для себя важнейшими, японские корпорации не выполняют сами, а возлагают на другие фирмы. Многие компании Японии, прежде всего мелкие и средние, поручают продажу своих товаров специализированным оптовым фирмам. В этих условиях для производителей предпочтительнее заниматься только производством. Да и само производство они осуществляют не полностью. Многие корпорации часть технологических процессов оставляют за субподрядными фирмами. Крупные фирмы в США и в странах Европы занимаются буквально всем: от сырьевого обеспечения до обработки, сборки, продажи потребителям, транспортировки. В Японии во многих случаях указанные функции перепоручаются другим специализированным фирмам»[8].

Например, в США производители стали берут на себя все, начиная от добычи железной руды и каменного угля и кончая транспортировкой конечной продукции: проката и металлических рулонов. Японские же сталелитейные компании возлагают на субподрядчиков даже те функции, которые в металлургическом производстве считаются базовыми, например доставку отливок из домны в конвертер. Контроль за субподрядчиками бывает весьма жестким, но он позволяет крупным японским компаниям значительную часть своего производства «выносить вовне», поручая также выполнение соответствующих функций группированным и субподрядным фирмам.

Мы уже приводили цифры, свидетельствующие о высокой зависимости автомобилестроительных компаний от поставок со стороны. Согласно документу «Обследование соотношения внутрифирменного производства и поставок со стороны Соотношение в автомобилестроительной промышленности Японии и США», подготовленному Экономическим институтом при Ассоциации содействия автомобилестроительной промышленности, в японском автомобилестроении со стороны поступает 70% необходимых деталей. В то же время внутри фирмы «Дженерал моторз» изготавливается 52% всех деталей, «Форд» — 41, «Крайслер» — около 40%, т.е. по сравне

215

нию с Японией удельный вес внутрифирменного производства весьма высок.

Аналогичная ситуация наблюдается и в производстве цветных телевизоров. В Японии заводы, на которых они изготавливаются, получают более половины деталей со стороны, не считая интегральных схем и трубок Брауна. Степень зависимости от поставок со стороны составляет 70—80%. В противоположность этому в США и европейских странах на предприятиях той же отрасли значительная доля электронных деталей производится собственными силами, а на поставки со стороны приходится сравнительно небольшая часть — 50—60% [9].

Однако проблема заключается в том, что столь высокий удельный вес поставок со стороны в Японии обусловлен не разделением труда между фирмами. Поставки эти обеспечивают группированные и субподрядные фирмы, которые привязаны к материнским компаниям тысячами нитей.

Предпринимательские группы—кэйрэцу. Слово «кэйрэцу», или группирование как образование кэйрэцу, вошло в употребление в период второй мировой войны. Это сравнительно новый термин, крайне трудный для перевода на иностранные языки. Данная категория бесспорно охватывает дочерние и партнерские фирмы, но не только их — она имеет более широкий смысл. К дочерним мы обычно относим те компании, в которых материнской фирме принадлежит более 50% акционерного капитала, к партнерским — те, для которых соответствующий показатель превышает 10 или 20%. Понятие фирмы, входящей в кэйрэцу, шире: оно охватывает даже такие фирмы, у которых вообще нет акций, принадлежащих материнской компании. Мы не располагаем статистическими данными, которые позволили бы дать целостную характеристику кэйрэцу. Комиссия по справедливым и честным сделкам в 1982 г. провела обследование 100 крупнейших корпораций (не учтена сфера финансов и кредита). В итоге оказалось, что только внутри страны у этих 100 корпораций имеется 8529 партнерских фирм, т.е. фирм, в которых материнской компании принадлежит более 10% акционерного капитала. Дочерних фирм, где соответствующий показатель превышает 50%, насчитывалось 2995. Среди компаний, имеющих большое число партнерских фирм, назывались универсальные торговые фирмы, производители электроприборов, автомобилей, стали и ряда дру-

217

гих видов продукции. Кроме того, важно, что под эгидой партнерских фирм в кэйрэцу вовлечено большое количество субподрядных предприятий первого, второго, третьего порядка. В результате отношения контроля принимают форму пирамиды. По данным «Белой книги по мелким и средним фирмам» (1982 фин. г.), среди общего числа мелких и средних компаний обрабатывающей промышленности субподрядными отношениями охвачено 66,5%, причем с каждым годом их удельный вес возрастает. Таким образом, японская экономика предстает перед нами как «острова кэйрэцу».

Согласно данным Масатака Икэда, несмотря на то, что в США и европейских странах зависимость заводов по сборке автомобилей от поставок со стороны по сравнению с Японией низка, субподряды там используют очень многие компании. Например, западногерманская «Даймлер-Бенц» в 1985 г. имела деловые отношения со 158 тыс. субподрядчиков. В Японии же зависимость от поставок со стороны выше, но количество фирм-субподрядчиков, с которыми поддерживаются непосредственные связи, крайне невелико. Даже «Тоёта дзидося» и «Ниссан дзидося» имеют лишь по 200 субподрядчиков. В связи с этим автор пишет: «В Японии субподрядные фирмы организуют вертикальную пирамиду. Поэтому располагающиеся на ее вершине производители автомобилей могут, непосредственно контролируя только субподрядные фирмы первого порядка, которые находятся на самом верхнем этаже пирамиды, в то же время осуществлять контроль над субподрядчиками, занимающими последующие этажи. В этом заключается сильная сторона сложившейся системы. Что же касается США и европейских стран, где субподрядные фирмы не организованы и работают каждая независимо от других, то здесь автомобилестроительные компании должны совершать прямые сделки со всеми изготовителями необходимых деталей и прочими субподрядными фирмами. К тому же они не могут оказывать никакого влияния на тех субподрядчиков, с которыми сделки не совершаются»[10].

Данное явление обусловлено тем, что в Японии отношения между материнскими и группированными компаниями носят жестко иерархический характер, а в США и европейских странах это отношения равных. В Японии крупные компании оставляют за собой только узловые производства, «вынося вовне» многие другие части тех-

217

нологического процесса. Нечего и говорить, что такая система для них крайне выгодна. В последнее время ей уделяют растущее внимание в США и европейских странах, считая, что она является одним из факторов высокой конкурентоспособности японских фирм на мировом рынке.

Цели образования кэйрэцу. Среди различных типов кэйрэцу прежде всего следует выделить вертикальные объединения. Это кэйрэцу, в рамках которых группированные фирмы поставляют материнской компании сырье и полуфабрикаты или осуществляют обработку изготовленных ею изделий. В США и европейских странах вертикальная интеграция проявляется в том, что головная компания сама проникает в определенную отрасль или присоединяет к себе другую, уже действующую в данной отрасли корпорацию. В Японии же в большинстве случаев в этих целях используют группированные фирмы.

Второй тип — это кэйрэцу, основанные на горизонтальном разделении труда. В данном случае группированные компании принадлежат к той же отрасли, что и материнская. Так, группированными фирмами «Тоёта дзидося» являются такие же, как и она, производители конечной продукции — «Нитино дзидося» и «Дайхацу». Этот тип кэйрэцу получил широкое распространение не столько в обрабатывающей промышленности, сколько в банковском и страховом деле, торговле, морском транспорте и в других отраслях услуг. Он способствует укреплению господствующего положения материнских компаний на отраслевом рынке.

Третий тип — кэйрэцу, образуемые в целях диверсификации. Речь идет о том, что проникновение в новые для себя отрасли материнская компания поручает группированным фирмам. Четвертый тип — создание группированных компаний в сфере сбыта. Например, через такие сбытовые фирмы реализуют свою продукцию производители автомобилей и бытовой электроники. При этом сбытовые фирмы остаются самостоятельными корпорациями и создают под своей эгидой торговые предприятия во многих районах страны. Пятый тип — группированные фирмы, образуемые в целях проникновения в экономику зарубежных стран. Это и местные юридические лица, 100% акций которых принадлежат материнской компании, и совместные предприятия, основанные на паях с правительством данной страны и

218

национальными компаниями. С 70-х годов, по мере того как активизируется проникновение японских корпораций за рубеж, возрастает и число группированных фирм этого типа.

Существуют самые разные причины, по которым крупные компании не берут на себя определенные сферы предпринимательской деятельности, а «выносят их вовне», передавая группированным фирмам. Во-первых, тем самым они используют в своих интересах разрыв в уровнях зарплаты. Как мы уже говорили, термин «кэйрэцу» вошел в употребление в годы второй мировой войны, а в послевоенное время стал широко использоваться в 50-х годах, после начала войны в Корее. Тогда же получил подлинно широкое развитие и сам процесс группирования. В те годы между крупными компаниями, с одной стороны, и мелкими и средними — с другой, существовал значительный разрыв в уровне оплаты труда. Крупные компании, стремясь извлечь из этого выгоду, включали мелкие и средние в свои группы. Затем, с наступлением периода высоких темпов экономического роста, возник дефицит молодых рабочих рук. Разница между крупными и небольшими фирмами по размерам начальных ставок зарплаты исчезла. В то же время разрыв в зарплате рабочих старшего и среднего возрастов оставался существенным. Сохранялись также различия в продолжительности рабочего дня и в прочих условиях труда.

Вторая цель группирования — перекладывание предпринимательского риска материнской компанией на дочерние. Например, попытка проникновения в новую отрасль, если ее предпринимает сама материнская компания, в случае неудачи сопряжена с большим риском. Если же это возлагается на группированную фирму, то и при осечке с ее стороны материнская компания будет чувствовать себя спокойно. Если передать группированным или субподрядным фирмам отрасли, развитие которых может привести к загрязнению окружающей среды или несчастным случаям на производстве, то никакие несчастные случаи не представят забот для материнской компании. Опыт сталелитейной и химической промышленности, строительства и т.д. свидетельствует: пострадавшими в большинстве случаев оказывались те, кто работал в субподрядных фирмах.

В-третьих, группирование может иметь целью предотвращение неэффективности управления материнской

219

компанией, вызванной чрезмерным разбуханием ее организационной структуры. Когда возникает такая опасность, отдельные подразделения материнской компании отделяются от нее и превращаются в самостоятельные корпорации. Это называют методом отпочкования дочерних фирм. Чем больше разрастаются масштабы компании, тем труднее ею управлять, так как внутри ее возникают препятствия, проистекающие из бюрократизации системы управления. Чтобы избежать этого, на вооружение принимают систему производственных отделов, специализирующихся на определенных видах продукции, для каждого из которых установлен режим самоокупаемости и управленческой автономии. В еще более законченном виде данная тенденция нашла свое проявление в упомянутом методе отпочкования дочерних фирм

Суть его состоит в том, что отдельные производства становятся независимыми и начинают осуществляться в рамках самостоятельных компаний. Принцип управленческой автономии проводится здесь в наиболее последовательном виде. С этой целью, например, «Хитати сэйсакусе» или «Мацусита дэнки» отпочковали от себя значительное количество дочерних фирм

Среди всех целей группирования центр тяжести перемещается от самой старой из них — использования разрывов в зарплате — к перекладыванию риска и росту динамизма внутрифирменной организации. Группирование идет дальше и дальше, становясь ответом на меняющиеся экономические условия и обнаруживая одно за другим новые достоинства. Кэйрэцу, ранее считавшиеся признаком отсталости и архаичности, теперь рассматриваются как фактор высокой конкурентоспособности японских компаний на мировом рынке. Для системы, где «корпорация прежде всего», группирование является неотъемлемым вспомогательным средством обеспечения жизнеспособности.

Факторы формирования кэйрэцу. Первый фактор формирования кэйрэцу — акционерная собственность материнских компаний. Выше мы писали, что Японию отличает чрезвычайно высокий удельный вес акций, принадлежащих юридическим лицам. Юридические лица владеют ими с целью обеспечения межфирменных связей. Поэтому-то приобретение акций и является наиболее распространенным путем к образованию кэйрэцу. Чтобы включить в свой кэйрэцу уже существую-

220

щую корпорацию, покупают ее акции. Когда отпочковывают дочернюю фирму, опять же сохраняют за собой собственность на ее акционерный капитал

Конкретно контроль через акционерную собственность означает, что материнская компания контролирует дочернюю как крупный акционер. При этом нельзя забывать, что акциями владеет юридическое лицо, а не физические лица — капиталисты или управляющие. Правда, хотя мы и говорим, что компания как юридическое лицо пользуется правами крупного акционера, это не означает, что она способна присутствовать на общих собраниях акционеров. Правами акционеров всегда пользуются только физические лица — управляющие материнской компании. Сами они не являются собственниками акций, однако, представляя корпорацию, осуществляют право собственности на принадлежащие ей акции и благодаря этому контролируют группированные фирмы.

Собственность материнской компании на акции группированной обычно является односторонней, но бывает и так, что группированная фирма тоже владеет акциями материнской. Тогда собственность становится взаимной Собственность дочерней компании на акции — это, строго говоря, то же самое, что собственность материнской компании на свои же акции. Здесь встает вопрос о нарушении соответствующей статьи коммерческого законодательства, запрещающей корпорациям владеть своими акциями. В результате пересмотра коммерческого законодательства в 1981 г было уточнено, что дочерние фирмы, более 50% акций которых принадлежат материнским компаниям, не могут приобретать акции последних.

Следующий важный фактор группирования — делегирование высших управляющих. Приверженцы теории так называемого господства управляющих разделяли собственность и управление и утверждали, что существует «контроль без собственности». Управляющие же, согласно этим теориям, есть выходцы из работников корпорации. Однако в группированных фирмах контроль опирается на акционерную собственность материнских компаний. Тут уж никак нельзя говорить о «контроле без собственности». Кроме того, поскольку многие управляющие дочерних фирм делегированы материнскими, президентом группированной фирмы крайне редко становится выходец из ее работников.

221

Обнародованный Комиссией по Справедливым и честным сделкам «Доклад о результатах обследования участия в управлении, основанного на акционерной собственности» также подтверждает очевидную взаимосвязь между акционерной собственностью и делегированием управляющих: чем выше удельный вес принадлежащих материнской компании акций, тем больше процент делегированных ею управляющих. Когда мы говорим о контроле над дочерней фирмой со стороны материнской, то имеем в виду, что принятие решений и вся реальная деятельность обеспечиваются физическими лицами. Поэтому делегирование управляющих или совмещение руководящих постов используется для конкретных действий по осуществлению контроля.

Кроме названных средств образования кэйрэцу есть еще кредит и гарантирование задолженностей. В Японии большинство коммерческих сделок не обходится без векселей[11]. Велика роль межфирменного кредитования, включая продажи и закупки в кредит. Поэтому бывает и так, что материнские фирмы привязывают к себе группированные посредством межфирменного кредитования. Все перечисленные рычаги образования кэйрэцу использовались до сих пор. Теперь, с ростом компьютеризации экономики, таким рычагом обещает стать также информационное обеспечение.

Отношения между материнской и группированной фирмами не носят однозначного характера, не сводятся только к тому, что вторая подвергается грабежу со стороны первой. С точки зрения группированной фирмы включение в кэйрэцу имеет такие положительные стороны, как обеспечение постоянного партнера по сделкам, гарантированная финансовая и прочая помощь. Правда, при этом отношения материнской и дочерней фирм неравноправны. Это не те взаимоотношения, которые позволяют последней вносить изменения в заключаемые контракты. В итоге для дочерней фирмы партнер по сделкам определяется однозначно, и, поскольку она находится под его контролем, сделки для нее носят принудительный характер.

«Вынос вовне»: в чем логика? Мы видели, что значительную часть своей предпринимательской деятельности крупные компании «выносят вовне», образуя кэйрэцу. При этом «вынести вовне» — значит увести

222

производство за пределы самой крупной компании. В то же время не может быть и речи о том, чтобы предоставить вынесенному вовне производственному подразделению полную свободу действий. Речь идет о «выносе вовне» в форме образования кэйрэцу — о выносе, в результате которого группированная фирма оказывается привязанной к материнской. В американских автомобилестроительных компаниях высок удельный вес деталей, производимых внутри фирмы, хотя, конечно, значительную величину составляют поставки со стороны. В последнем случае изготовители деталей, выполняя заказы, сохраняют равноправные отношения с производителями конечной продукции. Если условия сделки покажутся им неподходящими, они могут сменить партнера. В Японии же связь между изготовителями деталей и производителями конечной продукции носит жесткий характер и поменять партнера невозможно. Кроме того, «Дженерал моторз» и прочие не только выпускают детали для собственных нужд, но и продают их на сторону, другим производителям автомобилей. При этом связи опять же устанавливаются и расторгаются свободно. В Японии такое немыслимо.

Таким образом, в США использование поставок со стороны допускает закупку у любой корпорации, если только подойдут условия. Иногда покупают даже у компаний-конкурентов. В Японии же невозможно представить, чтобы фирма, изготовляющая детали для «Тоёты», продала их «Ниссану». Изготовители деталей включены в кэйрэцу материнских компаний, связь с которыми носит жесткий характер. Нельзя забывать, что «вынос вовне», о котором мы здесь говорили, привязывает группированную фирму к материнской.

Именно такой «вынос вовне», т.е. образование кэйрэцу, в последнее время расценивается как фактор высокой конкурентоспособности японских компаний на мировом рынке. В связи с этим привлекает внимание замечание, сделанное известным социологом Р. Дором в книге «Английский завод — японский завод» («British Factory— Japanese Factory»), где он сравнил компании Англии и Японии. Р. Дор в последнее время обращает большое внимание на японскую специфику межфирменных отношений. В сочинении «Добрая воля и дух рыночного капитализма» он отмечает следующее.

Важным фактором, позволившим японским компаниям преодолеть нефтяной кризис и обеспечить хорошие

223

показатели, стали межфирменные отношения, строящиеся по принципу «даю и беру», и «обязательные сделки, базирующиеся на сложившихся деловых отношениях» (obligatory relational contractship). Межфирменные сделки, таким образом, в течение длительного времени носят стабильный характер, и поэтому компании могут осуществлять капиталовложения с учетом долговременных перспектив. Кроме того, чтобы поддерживать длительные отношения с фирмой—партнером по сделкам, прежде всего необходимо обеспечивать высокое качество продукции. Все это и позволило японским компаниям обеспечить хорошие экономические показатели. Английские фирмы, большинство сделок между которыми являются спотовыми, в этом отношении уступают японским. США и Англия должны учиться на примере Японии.

С другой стороны, американское правительство, конгресс, а также Комиссия ЕЭС выступают с критикой японской практики, утверждая, что деловые отношения в рамках кэйрэцу носят закрытый характер. Это, по их мнению, является препятствием на пути импорта иностранных товаров, нетарифным барьером. Те, кто считает такую критику неправомерной, выдвигают свои контраргументы, например Ёсио Сато. Он утверждает, что система субподрядов дает материнским компаниям такие преимущества, как экономия на капиталовложениях, извлечение выгоды из более низкого уровня зарплаты на субподрядных предприятиях и перекладывание на них издержек управления трудом, а также использование субподрядчиков в качестве буфера при колебаниях конъюнктуры. Об этом автор пишет так: «Выражаясь политэкономически, речь идет о вертикальной субинтеграции. 1) Субподрядные предприятия выполняют фактически те же функции, что и вертикально интегрированные. 2) Деловые операции строятся исключительно на рыночных отношениях (общественного разделения труда и монополии покупателя). 3) Беспощадно срабатывает принцип конкуренции. Так или иначе, по мере того как рост экономики и промышленного производства сопровождался развитием общественного разделения труда, усиливалась специализация. Стала разрастаться группа фирм субподрядного типа, освоивших специализированные технологии производства деталей и обработки продукции. Постепенно деловые связи этих фирм начали выходить за рамки отношений с отдельными материнскими компаниями и за пределы сюданов» ¹².

224

Значит, раздающиеся из-за рубежа критические высказывания в адрес системы субподрядов как нетарифного барьера не имеют под собой оснований.

В чем же смысл данной Е. Сато характеристики субподрядных отношений? Он говорит: «Хотя субподрядные предприятия выполняют фактически те же функции, что и вертикально интегрированные, деловые операции строятся исключительно на рыночных отношениях». Правомерно ли называть рынком систему столь жестких взаимосвязей? Упоминавшийся выше Р. Дор, например, подчеркивал, что данная система является скорее нерыночной.

Такого рода межфирменные отношения несли с собой значительную выгоду для материнских компаний, но в то же время несомненно, что благодаря им определенные преимущества получили и субподрядные предприятия. Однако этот факт и тот, что связи между первыми и вторыми носят жесткий характер, представляют собой разные проблемы. Говорить об отношениях свободного рынка здесь никак невозможно. Сложившиеся отношения между материнской и группированными фирмами ведут к установлению иерархической системы. Всеобщим явлением становится закрепление за каждой корпорацией определенного ранга. Иерархические отношения складываются также и между работниками материнской и группированных фирм. «Ранг корпорации» становится «рангом человека», и равенство людей уступает место отношениям, где с одной стороны мы встречаем высокомерие, а с другой — раболепие.

225

[1] Mueller Willard F. The Rising Economic Concentration in America: Reprocity, Conglomeration and the New American “Zaibatsu” System. – Antitrust Law and Economics Review, vol. 4. N 3-4; Economic Concentration, Hearings before the Subcommitee on Antitrust and Monopoly of the Committee of the Indiciary, US Senate, part 8A.

[2] Акабори М. Взаимовыгдные контракты как ограничители конкуренции.– «Косэй торихики», декабрь 1969 г., с.15.

[3] Нэгиси Т. Ограничения взаимовыгодных сделок в антимонополистическом законодательстве –– «Кокусай сёгё», ноябрь 1974 г., с. 160.

[4] Круглый стол. Спящий король: группа «Мицубиси». –– Экономисуто, 23.III.1983, с.56.

[5] Этим термином автор обозначает фирмы, не входящие в сюданы. (Примеч. ред.)

[6] Накатани И. Ключ к секрету японской экономики.– Экономисуто, 15.II.1983; его же. Японская экономика сквозь призму разделения бремени риска.– Осака дайгаку кэйдзайгаку, т.32, № 2–3.

[7] Кларк Р. Японская компания. Пер. Н. Хата. Изд-во «Дайямондо», с.13

[9] Икэда М. Структура субподрядного производства и японский тип управления.– «Нихон-но кагакуся», июнь 1983 г., с. 10.

[11] Т.е. совершается в кредит. (Примеч. ред.)